Утро в Анкаре началось с заявления, которое немедленно обрушило мировые рынки. Президент США Дональд Трамп, выступая на полях саммита НАТО в турецкой столице, назвал перемирие с Ираном «законченным делом» и пообещал новые удары. «Я думаю, это всё. Я больше не хочу иметь с ними дела. Они — нечисть. Они больные люди, их ведут больные люди», — заявил президент журналистам, добавив, что Иран «лжецы» и «психи». Когда его спросили напрямую: умер ли только что подписанный меморандум о взаимопонимании — он ответил: «Для меня это всё кончено».
Как до этого дошло: хроника последних суток
7 июля американское Центральное командование нанесло серию ударов по иранским целям — в ответ на то, что Тегеран атаковал три торговых судна в Ормузском проливе. Корпус стражей исламской революции заявил, что в ответ на американские удары выпустил ракеты и беспилотники по 85 военным объектам США в Бахрейне и Кувейте.
Параллельно Министерство финансов США отозвало лицензию, выданную в июне и разрешавшую Ирану продавать нефть, — ключевой экономический элемент соглашения о прекращении огня.
Рынки отреагировали немедленно: индекс Dow Jones просел более чем на 540 пунктов, нефть марки Brent выросла свыше 5% — до 78 долларов за баррель, максимума за две недели. Движение танкеров через Ормузский пролив, по данным аналитиков энергетического рынка, «практически прекратилось».
Предыстория: от войны к хрупкому миру — и обратно
Чтобы понять, как стремительно рухнула дипломатическая конструкция, выстраивавшаяся с начала года, нужен контекст.
28 февраля 2026 года США и Израиль начали массированные авиаудары по Ирану. В ходе этих ударов был убит верховный лидер Ирана Али Хаменеи. Иран закрыл Ормузский пролив, через который в мирное время проходит около 20% мировой торговли нефтью. Активные боевые действия продолжались до 7–8 апреля, когда при посредничестве Пакистана было объявлено о двухнедельном перемирии.
17 июня 2026 года США и Иран подписали меморандум о взаимопонимании — 14-пунктный документ, предусматривавший постоянное прекращение военных операций, открытие пролива и 60-дневный переговорный период по ядерной программе. Казалось, наступил перелом.
Однако уже с первых дней после подписания стороны спорили о том, что именно они подписали. Вашингтон и Тегеран разошлись в трактовке ключевых пунктов: вице-президент США Вэнс заявил, что Иран согласился допустить инспекторов МАГАТЭ на ядерные объекты, однако Тегеран это отверг. Иранский спикер парламента Галибаф указал, что инспекторы имеют доступ лишь к двум объектам — Бушерской АЭС и Тегеранскому реактору.
Что происходит сегодня: заявления сторон
Трамп на полях саммита НАТО перечислил новый список угроз: США «вероятно» нанесут ещё один удар сегодня ночью, могут восстановить военно-морскую блокаду Ормузского пролива и рассматривают захват иранского нефтяного острова Харг.
Иранский спикер парламента Галибаф обвинил США в «грубых нарушениях меморандума».
Американские военные сообщили, что никто из военнослужащих США не пострадал в результате иранских ударов по Бахрейну и Кувейту.
Германский министр иностранных дел Вадефуль, находящийся с визитом в Иерусалиме, заявил, что Берлин будет «тщательно изучать» любое смягчение санкций против Ирана и что баллистическая ракетная программа Тегерана и его поддержка региональных прокси «должны быть включены в переговоры». При этом он признал, что на содержательном уровне переговоры «ещё фактически не начались».
Что говорят эксперты
Аналитический центр CSIS ещё на прошлой неделе предупреждал: технические переговоры по ядерному досье будут крайне сложными — последний раз США и Иран заключили полноценное ядерное соглашение в 2015 году, и на это ушло два года. Тегеран будет тянуть время, понимая, что Трамп вряд ли возобновит полноценную военную кампанию накануне ноябрьских промежуточных выборов в Конгресс.
Старший научный сотрудник Института Ближнего Востока Алекс Ватанка указывал, что внутри иранского руководства нарастает скептицизм: «В последние две недели мы наблюдаем усиление критики меморандума внутри режима. Люди говорят: этот меморандум выглядит впечатляюще на бумаге, но где конкретные действия?»
Бывший офицер ЦРУ Скотт Уэлингер считал, что Вашингтон использовал технические переговоры в Дохе для управления напряжённостью вокруг Ормузского пролива: главной целью американских переговорщиков было не допустить ухудшения ситуации, а не добиться содержательного прогресса.
Корреспондент Al Jazeera из Дохи отмечает, что страны Персидского залива попытаются использовать дипломатические рычаги, чтобы вернуть стороны за стол переговоров: «Никто здесь в Заливе не хочет видеть возобновления боевых действий».
Прогнозы: что дальше
Картина дня складывается тревожная. Трамп присутствует на саммите НАТО в Анкаре — и его риторика там, судя по репортажам CNN и NPR, колеблется от угроз в адрес Ирана до жалоб на союзников, которые «недостаточно помогают». По данным CNN, американские военные находятся в режиме «очень динамичной обстановки» и прорабатывают варианты следующих шагов.
При этом формально меморандум о взаимопонимании от 17 июня никем официально не аннулирован. Весь мир сейчас задаётся вопросом: существует ли «сделка» между США и Ираном вообще? Ряд американских экспертов и представители обеих партий критикуют её как явно недостаточную — указывая, что она хуже, чем ядерное соглашение эпохи Обамы.
Посредники — Катар и Пакистан — пока не объявили о выходе из процесса. Следующий раунд переговоров должен был состояться после завершения траурных церемоний по Хаменеи, запланированных с 4 по 9 июля. Состоится ли он — теперь большой вопрос.
