В 2022 году были приняты поправки к Иммиграционному закону Латвии, которые ужесточили положение граждан России, проживающих в стране. В результате люди, которые не поняли, что эти изменения относятся к ним, и не выполнили требования закона, должны были быть выдворены из Латвии. Однако некоторые из них продолжают жить здесь, причем на законных основаниях. Одной из них на добровольных началах помогла рижанка Виктория Таране. Она рассказала, что именно было сделано.
«И это – победа!»
Виктория Таране – добровольный консультант по иммиграционным вопросам. Она рассказывает, что к ней часто обращаются жители Латвии с российскими паспортами, которым, в соответствии с поправками к Иммиграционному закону, следовало заново оформить вид на жительство или статус постоянного жителя ЕС.
Старикам, которые не успели или не смогли справиться с этими требованиями, предписано покинуть страну. Но женщину, о которой далее пойдет речь, Виктория запомнила особенно хорошо.
– Маленькая, хрупкая, с потухшими глазами и лицом в морщинках, каждая из которых – след прожитой жизни. В ее взгляде не было ни злости, ни протеста, лишь опустошение и страх, который уже давно жил внутри нее, – вспоминает Виктория. – И хотя женщине на тот момент было 70 лет, она выглядела не как солидная дама, а как беззащитная, растерянная девочка, которая боялась сказать лишнее слово. Говорила тихо, сбивчиво, иногда вовсе замолкала, будто слова застревали где-то глубоко внутри нее. Весь ее облик кричал о глубоком отчаянии, но она не просила помощи, потому что не верила, что можно что-то изменить. Она просто ждала от меня подтверждения вынесенного ей приговора, и никак иначе тот документ, который был у нее на руках, нельзя было назвать. На сером, слегка помятом листе бумаги значилось, что ей предписано покинуть Латвию. Для нее это означал конец всему, так как ни в одном городе мира у нее не было ни родных, ни близких, ни друзей. А сегодня она позвонила мне и радостно рассказала о другом документе, который только что получила. У нее на руках новая карта вида на жительство, дающая ей право оставаться в Латвии. И эта карта – наша с ней победа.
Предыстория большой несправедливости
– Расскажите, пожалуйста, об этой истории подробно.
– Начну с того, что осенью 2022 года были приняты поправки к Иммиграционному закону, которые с 1 сентября 2023 года разделили жизнь 17 800 российских граждан, проживающих в Латвии, на «до» и «после». Им было необходимо заново урегулировать свой статус и получить статус постоянного жителя Европейского союза, чтобы продолжать жить в Латвии на законных основаниях. Казалось бы, речь шла всего лишь о юридической процедуре, но за этой сухой формулировкой скрывалась совсем другая человеческая реальность. Потому что для этих людей, многие из которых прожили здесь десятилетия, речь шла не просто о документах, речь шла о доме, о детстве, о могилах близких.
– Что грозило тем, кто в установленный срок не успевал пройти эту процедуру?
– Им грозила утрата статуса и, как следствие, выезд из страны – механизм, который государство применяет и сегодня. Замечу, что большая часть российских граждан, которых коснулись эти поправки, находилась в возрасте за 70 лет, но многим было больше 85 лет. В таком почтенном возрасте люди часто не следят за новостями, и им крайне сложно разобраться в изменениях законодательства, понять, что именно относится к ним и какие действия необходимо предпринять, чтобы остаться жить в Латвии. А сделать надо было много, например заполнить подробную анкету на нескольких страницах, затем распечатать ее и отправить в УГДМ. Требование «распечатать анкету» вызывает у меня искреннее удивление, поскольку у подавляющего большинства пожилых людей есть только кнопочный телефон, а компьютера у них нет, да и пользоваться им они не умеют. Поэтому самостоятельно заполнить анкету на компьютере, а затем распечатать ее на принтере (незнакомое многим сениорам слово) – задача практически невыполнимая. Тем не менее, выдвигая эти требования, государство фактически проигнорировало отсутствие необходимых навыков у 17 800 человек, которых они касались.
И последнее, но самое важное: чтобы гражданин России младше 75 лет мог получить статус жителя Европейского союза, ему необходимо было сдать экзамен на знание латышского языка. Либо получить освобождение от него по очень серьезным основаниям, причем даже такие тяжелые заболевания, как онкология, к таким основаниям не относились.
«А ко мне это не относится!»
– Та женщина, о которой я рассказала в начале нашей беседы, должна была пройти весь этот сложный путь для получения статуса жителя ЕС. Но она не только не прошла эту процедуру, но и была уверена, что все это к ней не относится, – продолжила Виктория Таране.
– Почему у нее была такая уверенность?
– Потому что срок действия ее разрешения на пребывание в Латвии истекал только в 2027 году. Поэтому она – Лариса (имя изменено) – была убеждена, что ей не нужно никуда обращаться и ничего предпринимать. О том, что уже 15 июля 2025 года ее прежний временный вид на жительство перестанет действовать, она не задумывалась: все ее внимание было сосредоточено на дате 2027 год, который значился в ее документе.
И вот наступило 15 июля 2025 года и Лариса впервые не получила свою пенсию. Прошел месяц, но ничего не поменялось, она снова осталась без денег. Тогда она пришла в банк, где ей сообщили, что ее счет заблокирован, поскольку у нее нет необходимого статуса для пребывания в Латвии. Что это за статус, ей не объяснили, но сказали, что пока его не будет, счетом воспользоваться она не сможет. Она растерялась и в отчаянии пошла к соседке – занять денег и заодно поделиться своей бедой.
Просьба о ВНЖ по гуманным основаниям
– И вот соседка начала разбираться в ситуации и выяснила, что Лариса не получила статус постоянного жителя ЕС. В результате ей не только заблокировали счет, но и возникла гораздо более серьезная угроза – выдворение из страны, – продолжает Виктория. – Хорошо, что соседка не осталась в стороне от ее беды: от имени Ларисы она составила письмо на имя министра внутренних дел Латвии с просьбой предоставить ей вид на жительство по гуманным соображениям.
– Что такое «гуманные соображения»?
– Речь идет о ситуациях, когда человек, например, пытался сдать экзамен по латышскому языку, но провалил его, и при этом у него есть веские причины для того, чтобы продолжать жить в Латвии. Это могут быть разные обстоятельства: например, здесь находятся могилы его близких или он ухаживает за тяжелобольным супругом.
Не хочу сглазить, но до сих пор все обращения с просьбой разрешить остаться в Латвии по гуманным соображениям, которые я подавала министру внутренних дел от имени своих подопечных, были удовлетворены.
Кстати, у меня был случай, когда житель Латвии с российским гражданством ни разу не ходил на экзамен по латышскому языку, имея веские на то причины, но ему все равно дали разрешение остаться, именно по гуманным соображениям. Дело в том, что он ухаживал за своим совершеннолетним ребенком-инвалидом.
– Давайте подробнее поговорим о том, что нужно писать министру, если человек хочет получить разрешение на проживание в Латвии по гуманным соображениям. Что должно быть в таком письме, кроме самой просьбы?
– Обязательно нужны доказательства. В первую очередь – копии результатов экзамена: таким образом человек показывает свою лояльность государству, демонстрирует, что уважает требование Латвии сдать экзамен и даже предпринимал попытки это сделать, но не смог.
Если в Латвии проживает его тяжелобольной родственник, за которым он ухаживает, можно приложить справку от врача о состоянии его здоровья, а также документы, подтверждающие родственные связи. Иногда именно эти моменты становятся решающими, потому что УДГМ или МВД за ними начинают видеть не просто очередное «дело», а живого человека.
Кроме того, в самом письме, помимо личных данных, важно указать, что проситель считает Латвию своим домом, что здесь он впервые влюбился, потерял родных и именно здесь находятся их могилы. Что именно здесь – дома, на старой, чуть запыленной антресоли все еще хранится школьный выпускной альбом, а за окном шелестят те самые липы, глядя на которые в памяти вновь оживают воспоминания былых лет – двор, наполненный детским смехом, голоса родных. И, как бы банально это ни звучало, но иногда именно в таких строках сильнее всего чувствуется то, что невозможно приложить как документ: связь человека с местом, которое он давно перестал воспринимать как просто страну проживания.
– Что ответил министр внутренних дел на письмо Ларисы?
– Он отказал в предоставлении вида на жительство по гуманным основаниям, поскольку письмо было составлено юридически неверно и не содержало всей необходимой информации.
«С вещами на выход!»
– Что произошло после этого?
– Лариса получила от УДГМ предписание покинуть страну. И тогда ее соседка посоветовала обратиться ко мне, так мы и познакомились. Первое, что она мне сказала, что готова выполнить предписание и уехать, хотя ехать ей некуда, и она сама никак не сможет обустроиться на новом месте. Рассказывая о своей ситуации, Лариса постоянно извинялась за то, что побеспокоила меня, потому что была уверена: я скажу, что уже ничего нельзя поделать и ей придется уезжать.
– А что вы ей сказали?
– Честно говоря, на тот момент ситуация выглядела крайне тяжелой. Формально у Ларисы уже было решение министра об отказе в предоставлении ей вида на жительство по гуманным соображениям. Но когда она сидела передо мной, было очевидно: проблема уже давно вышла за рамки юридической. Она говорила очень тихо, путалась в мыслях. Как человек, работающий с такими делами, я быстро поняла, что ее состояние требует не только правовой, но и медицинской оценки. Тогда я предложила ей попробовать получить освобождение от сдачи языкового экзамена у психиатра, но она отказалась. Начала бессознательно и хаотично трясти головой, руками и почти виновато объяснять, что здорова, что не хочет зря занимать время врача, что «есть люди, которым помощь нужнее». Тем не менее я настояла на медицинском осмотре. Параллельно с прохождением врачей мы подготовили обращение в Административный районный суд с просьбой отменить отказ министра и применить временное регулирование, чтобы на период рассмотрения дела Лариса могла законно оставаться в Латвии.
6 февраля районный суд отказал в отмене решения министра, после чего мы подали апелляционную жалобу в Административный окружной суд. Именно тогда я особенно ясно поняла: в таких историях человеку жизненно важно, чтобы рядом оказался кто-то, кто скажет: «Нет, ваша история еще не закончилась».
– Вы верили, что суд может отменить решение министра внутренних дел?
– Честно говоря, я особо в это не верила, но в таких ситуациях очень важно использовать все предусмотренные законом механизмы защиты. Поэтому моей основной задачей было не только обжаловать решение министра, но и выиграть время. Нужно было добиться того, чтобы до окончания судебного процесса решение о выезде не было исполнено.
– А что вы написали в заявлении в суд?
– Я указала, что Лариса прожила в Латвии всю свою жизнь, что в силу возраста и психологического состояния она не до конца осознавала действительность и поэтому вовремя не оформила статус жителя Европейского союза и не смогла сдать экзамен на знание латышского языка. А еще я написала, что у нее есть субъективное право просить разрешение остаться в стране, и попросила суд рассмотреть возможность позволить ей продолжить жить в Латвии. Все эти доводы я подкрепила соответствующими ссылками на законодательство. Кроме того, я ссылалась на судебную практику, в которой указано, что иностранец имеет право просить временный вид на жительство по гуманным соображениям, если его жизненные связи с этой страной уже глубоко укоренились, как это произошло в случае Ларисы. Но увы – суд отказал Ларисе в праве проживать в Латвии, то есть он не отменил решение министра об отказе предоставить ей вид на жительство по гуманным соображениям. Признаюсь честно: вот тогда я подумала, что это конец, и не знала, как сказать об этом Ларисе.
Освобождение выдано!
– А Лариса все-таки пошла к врачу?
– Да, пошла, и врач выдал ей освобождение от экзамена по латышскому языку. Это, конечно, была победа, но она не отменяла распоряжение Управления по делам гражданства и миграции (УДГМ) о выезде из страны. Поэтому 25 марта мы подали в УДГМ документы на получение для Ларисы статуса постоянного жителя Европейского союза, так как теперь у нее было официальное освобождение от экзамена. А 27 марта узнали, что Административный окружной суд оставил в силе решение районного суда. Формально это выглядело как окончательная точка, однако история на этом не закончилась.
«О доходах узнайте сами!»
– Но вернемся к документам, поданным в УДГМ, – продолжает Виктория. – Здесь возникла серьезная проблема: чтобы Лариса могла получить временный вид на жительство в Латвии, ей необходимо было предоставить в УДГМ справку о своих доходах. А как это сделать, если ее паспорт, ID-карта и банковский счет заблокированы? Она даже не могла обратиться в Государственное агентство социального страхования (ГАСС) за этой справкой, поскольку фактически находилась в Латвии почти нелегально. Поэтому от имени Ларисы я написала в УДГМ заявление с просьбой, чтобы само управление запросило эту справку у ГАСС. В таком случае ГАСС обязано предоставить необходимую информацию. За эту справку, а также за рассмотрение документов – заполненную анкету и справку об освобождении от экзамена Ларисы для предоставления ей постоянного вида на жительство я заплатила 160 евро.
– Был ли важен размер пенсии Ларисы? Может ли Латвия при небольшом размере пенсии гражданина России отказать ему в предоставлении статуса постоянного жителя Евросоюза?
– Нет. Размер пенсии значения не имеет.
– Что было дальше?
– 10 апреля мы получили решение уже от самого УДГМ. В нем было сказано, что Ларисе все-таки предоставляется вид на жительство. Это была такая радость, что словами не передать! Сама Лариса долго не могла поверить, что этот кошмар закончился, что она может продолжать жить в Латвии, что ей не нужно никуда уезжать и что вскоре она получит всю накопившуюся пенсию и сможет расплатиться с долгами.
Кругом должница
– Как я понимаю, с момента, как Лариса узнала, что ее счет заблокирован, до получения разрешения на проживание в Латвии прошло почти полтора года. На какие средства она все это время жила?
– Сначала она тратила свои сбережения, потом начала занимать деньги у соседки, затем еще у кого-то. Как рассказывала сама Лариса, она все время записывала на листочках, кому и сколько должна. Она надеялась, что, как только ей вернут пенсию, сразу сможет расплатиться, так в итоге и произошло.
– А каким образом она смогла оплатить ваши услуги?
– Она их не оплачивала. Все документы и запросы я готовила для нее бесплатно. А госпошлину в УДГМ за рассмотрение документов в 160 евро мы с мужем оплатили сами…
«Есть супруга – есть разрешение!»
– У меня был еще один случай, когда удалось предотвратить выдворение, – продолжает наша собеседница. – Речь идет о мужчине с российским гражданством, которого уже отправили в Даугавпилс и вскоре должны были выдворить в Москву. У нас была буквально неделя, чтобы попытаться предотвратить его высылку из Латвии. И здесь я хочу выразить огромную благодарность Управлению по делам гражданства и миграции, они очень помогли в том, чтобы человек остался в Латвии. Мы работали вместе очень слаженно.
– Расскажите, пожалуйста, об этом!
– Однажды, это как назло была пятница, мне позвонила дочь этого мужчины и сказала: «Виктория, папу отправляют в Россию. Его только что забрали из дома и отправили в Даугавпилс. Через неделю его вышлют». Скажу честно, в первый момент мне показалось, что уже ничего нельзя сделать, но родители учили меня никогда не сдаваться. Вот и тогда я всю неделю, в любое время дня и ночи была на связи с его дочерью. Мы собирали документы, оформляли, досылали недостающие справки, постоянно держали связь с УДГМ. И тут я искренне хочу сказать огромное спасибо руководству УДГМ. Потому что для них, как и для меня, это перестало быть просто формальной процедурой: люди по ту сторону тоже понимали, что речь идет не о бумагах, речь идет о человеческой судьбе.
– Каким образом ему помогли?
– Оказалось, что мужчина женат, его жена – гражданка Латвии, причем инвалид первой группы, поэтому мы оформили этому мужчине временный вид на жительство на основании брака. В подобных ситуациях УДГМ могут рассматривать возможность оставить человека в стране, даже если у него не все документы до конца оформлены. В результате мужчину удалось вернуть домой – уже на основании вида на жительство по браку.
Ольга ВАХТИНА
