6 августа президент Латвии Эдгарс Ринкевич в очередной раз рассмотрел ходатайства осуждённых о помиловании. На этот раз их было 17. Результат — тот же, что и обычно: ни одного удовлетворённого.
Как устроена процедура
Право помиловать осуждённого закреплено за президентом Латвии 45-й статьёй Конституции. Подать прошение может сам осуждённый, его защитник, законный представитель, родители, дети или супруг — после того как приговор суда вступил в законную силу.
Для тяжких преступлений установлен временной барьер: прошение можно подать не раньше, чем отбыта половина срока. Для особо тяжких — не раньше двух третей. Осуждённые на пожизненное заключение должны провести за решёткой не менее 20 лет.
Президент может заменить неотбытую часть срока более мягким наказанием, полностью или частично освободить от основного или дополнительного наказания либо снять судимость. Если в помиловании отказано, повторное прошение можно подать не раньше чем через полгода — а по тяжким и особо тяжким статьям через год, если не возникли исключительные обстоятельства: тяжёлая болезнь, единственный опекун и тому подобное.
Что говорит статистика Ринкевича
К середине июня 2026 года Ринкевич рассмотрел 378 прошений о помиловании и удовлетворил 21 из них. После августовского заседания счётчик прошений перевалит за 395 — при тех же 21 помилованных. Это означает, что примерно каждое восемнадцатое прошение получает одобрение президента.
Строго говоря, это не так мало по историческим меркам — но и не много.
Как миловали предшественники
Раймондс Вейонис за четыре года президентства рассмотрел 697 прошений и помиловал 22 человека. Эгилс Левитс за полный срок рассмотрел 409 прошений и помиловал 21. То есть у Ринкевича примерно тот же итог по числу помилованных, что у Левитса за весь срок — но президентства Ринкевича ещё не закончено.
Абсолютным рекордсменом остаётся первый президент восстановленной Латвии Гунтис Улманис: он рассмотрел 3391 прошение и помиловал 219 человек. Впрочем, сравнение не вполне корректно: в начале 1990-х действовал ещё и смертный приговор. Улманис рассматривал прошения восьми человек, приговорённых к расстрелу, и помиловал пятерых из них, заменив казнь пожизненным заключением. Двое были расстреляны в январе 1996 года — последние казни в истории Латвии.
Валдис Затлерс, занимавший пост президента с 2007 по 2011 год, отмечал: из каждых десяти помилованных в тюрьму вернулся только один. «Для меня это хорошие данные. Если ты можешь вернуть человека в нормальную жизнь — это уже успех», — говорил он.
О чём просят осуждённые
Прошения о помиловании, как правило, затрагивают несколько типичных ситуаций: тяжёлая болезнь осуждённого, наличие малолетних детей или пожилых родителей, которые остались без кормильца, примерное поведение в заключении, а также случаи, когда осуждённый является единственным опекуном или кормильцем семьи. Именно эти обстоятельства закон называет «исключительными», и именно на них, как правило, ссылаются в прошениях.
Ранее профессор права Санита Осипова поясняла: помилование — не амнистия, оно всегда индивидуально. Президент не обязан его предоставлять — это его право, а не обязанность. Левитс в своё время говорил, что внимательно изучает каждое дело и в большинстве случаев соглашается с приговором суда.
Отказ — не исключение, а правило
Заседания, на которых президент не удовлетворяет ни одного прошения, в практике Ринкевича случаются регулярно. Это не повод для сенсации, но повод задуматься: институт помилования существует именно для того, чтобы в отдельных, действительно исключительных случаях государство могло проявить человеческое лицо. Когда месяц за месяцем ответ один и тот же — «отказать» — возникает вопрос: работает ли этот механизм так, как задумано?
Следующее заседание по прошениям о помиловании — в сентябре.
