Завтра, 22 сентября, правительство рассмотрит запрос Минздрава о дополнительных 578 307 евро на топливо для машин скорой помощи. Официальное обоснование — рост цен на топливо, зафиксированный Центральным статистическим управлением: дизель подорожал на 10% за год, бензин — на 11,3%. Но если сопоставить эти проценты с реальной суммой запроса и с ценами на заправках прямо сейчас, картина получается заметно тревожнее, чем говорит официальная справка. Разберём подробно.
Запрос почти втрое больше официального процента
На топливо в 2026 году НМПД заложил 2 237 366 евро. К 21 августа уже потрачено 1 816 823 евро, и служба просит ещё 578 307 евро — то есть весь годовой бюджет на бензин и дизель вырастет до 2 815 673 евро. Это рост на 25,85% к изначально запланированной сумме — притом что официальный годовой рост цен на топливо, по данным ЦСУ, составил только 10–11%.
Потрачено уже 81% годового бюджета
С 1 января до 21 августа прошло 233 дня из 365, то есть 63,8% года. За это время служба потратила 81,2% всей годовой суммы, заложенной на топливо. Если бы деньги тратились равномерно, за эти 233 дня должно было бы уйти около 1 428 000 евро — а ушло на 388 000 евро больше.
В пересчёте на день фактические траты (7798 евро в день) на 27% выше изначально заложенного плана (6130 евро в день).
Этот разрыв — 27% — уже гораздо ближе к тому, что реально происходило на рынке топлива в этом году, чем сглаженные годовые 10–11% от ЦСУ.
Официальные проценты сильно приукрашивают ситуацию
Здесь и кроется настоящий ответ на вопрос, почему официально топливо подорожало на 10–11%, а фактически расходы скорой выросли на 26%.
Дело в том, что данные самого же ЦСУ за более ранние месяцы 2026 года рисуют совершенно другую картину. В марте 2026 года дизель подорожал за год сразу на 24,1–25,4% — то есть более чем вдвое сильнее, чем в июльской сводке. А если сравнивать не год к году, а просто февраль с мартом 2026-го, цены на топливо в целом взлетели на 21% за один месяц, из них дизель — на 25,4%.
То есть годовые 10% в июле — это не признак того, что топливо подешевело или подорожание замедлилось. Это ложный статистический эффект: к июлю 2026 года сравнение идёт уже с летом 2025 года, когда цены тоже были повышенными из-за того же конфликта на Ближнем Востоке, который правительство упоминает в закрытом докладе о влиянии этого конфликта на экономику Латвии.
Чем выше база для сравнения год назад, тем меньше выглядит нынешний процент роста — хотя абсолютная цена на заправке может оставаться такой же высокой или даже расти дальше.
Государство снижало акциз — и всё равно не удержало цены
Важный факт, которого в справке Минздрава нет: с 1 апреля 2026 года государство в специальном порядке временно снизило акцизный налог на дизель — с 467 до 396 евро за 1000 литров, то есть примерно на 7 центов с литра. Изначально льготу планировали только до конца июня, но 18 июня Сейм продлил её до конца всего 2026 года — именно потому, что цены на дизель, по признанию самих депутатов, «всё ещё намного выше, чем до начала конфликта».
Минфин оценивал, что одно только продление этой льготы обходится бюджету примерно в 2,4 млн евро недополученных налогов в месяц.
Иными словами, государство весь год сдерживает рост цен для всех — не только для скорой, но и для обычных водителей, перевозчиков и бизнеса. Но даже с этой скидкой цены всё равно продолжили расти.
Уже в апреле, в неделю с 6 по 12 число, дизель поставил новый рекорд — 2,12 евро за литр в среднем по стране. Именно порог в 2 евро за литр дизеля НМПД ещё в апреле называла критическим: при такой цене, по собственным расчётам службы, дефицит бюджета на топливо за год мог достичь 1,07 млн евро. Помогли летние месяцы, когда цена дизеля несколько стабилизировалась, но в сентябре она снова ушла за 2 евро за литр - и проблемы усугубились.
Цены прямо сейчас снова побили рекорд
Пока согласовывался нынешний запрос на 578 307 евро, ситуация на заправках не стояла на месте. По данным на 16 сентября — за неделю до заседания правительства, — самая низкая цена дизеля в крупных сетях составляла уже 2,134 евро за литр, а в более дорогих сетях доходила до 2,177 евро.
Это выше не только критического порога в 2 евро, о котором предупреждала НМПД в апреле, но и выше самого апрельского рекорда в 2,12 евро. То есть прямо сейчас, накануне решения правительства, дизель в Латвии стоит дороже, чем когда-либо в этом году — несмотря на действующую льготу по акцизу.
Что это значит для расчёта?
Если разделить запрошенную скорой сумму так, чтобы понять, на какой темп трат до конца года рассчитывает министерство, получается следующее: на оставшиеся 132 дня года (с 22 августа по 31 декабря) в новом бюджете заложено 998 850 евро, то есть 7567 евро в день. Это даже немного меньше, чем средний темп трат с начала года (7798 евро в день).
На первый взгляд это выглядит как осторожный, даже консервативный расчёт — будто министерство не закладывает никакого дальнейшего роста цен. Но именно это и вызывает главный вопрос: если уже сейчас, в середине сентября, дизель стоит дороже, чем в среднем стоил весь год, а впереди — осень и зима, когда спрос на дизельное топливо традиционно растёт из-за отопительного сезона и сельскохозяйственных работ, откуда взялась уверенность, что расходы не превысят средний темп этого года?
Похоже, что запрошенная сумма — это расчёт «по факту уже случившегося», без запаса на тот сценарий, который, судя по ценам на заправках прямо сейчас, уже начал сбываться.
Что это значит для пациентов и для обычных водителей
Для пациентов главный риск не в том, что скорая перестанет ездить — неотложную помощь по закону обязаны оказывать при любых обстоятельствах.
Риск в другом: если нынешних 578 307 евро не хватит — а судя по ценам середины сентября, шансы на это выглядят реальными, — НМПД, скорее всего, придётся уже в третий раз в этом году просить у правительства дополнительные деньги, как это уже было в апреле и сейчас в сентябре.
Для обычных водителей вывод ещё нагляднее: правительство держит специальную налоговую льготу на дизель весь год именно потому, что понимает — без неё цены были бы ещё выше. Но даже с этой льготой топливо в Латвии сейчас стоит дороже, чем когда-либо.
А официальные годовые 10–11% роста цен, на которые ссылаются в правительственных документах, — по сути, оптический эффект, а не признак того, что ситуация с ценами стабилизировалась.
