Пожилая женщина приехала в Ригу из региона, чтобы подлечиться в столичном стационаре. Но когда пенсионерка на минутку вышла из больницы в магазин, у нее украли кошелек с деньгами и документами. Это была катастрофа: расплатиться за покупки нечем, родных рядом нет. Женщине помогли совершенно чужие люди – вызвали полицию и решили вместе дождаться экипажа. Однако работники полиции отнеслись к старушке с полным безразличием, утверждают очевидцы.
Рядом с пострадавшей женщиной в этот день оказались рижанка Инета Бучмея-Радкевича и ее супруг. Поведение полицейских так их возмутило, что Инета решила предать инцидент огласке.
В тот же день она в социальной сети Facebook обратилась к руководству Госполиции и министру внутренних дел с открытым письмом, в котором рассказала о неправомерных, по ее мнению, действиях сотрудников полиции.
«Ехали на вызов три часа!»
Инета вместе с супругом стала невольным свидетелем этого действа. Случай, казалось бы, заурядный – карманная кража, но вылился он в большой скандал. Возможно, дело бы и замяли, но очевидица не стала молчать:
– Хочу поделиться весьма печальным опытом поведения сотрудников Государственной полиции и их отношения к людям, – пишет Инета. – Народ должен знать, как на деле у нас работают те, кто по долгу службы должен защищать, отстаивать права жителей и заботиться об их безопасности. В полиции и других органах власти удивляются, почему народ не доверяет полиции. Теперь у меня есть ответ.
– Расскажите, что случилось и почему вы решили вмешаться?
– В магазине у пожилой дамы украли кошелек. Человек растерялся, мы оказались рядом. Дама была в годах, инвалид первой группы, онкобольная, лечилась рядом в больнице и пришла в магазин за продуктами. Обнаружив, что кошелька нет, она вызвала полицию. Так вот, полицию ждали без малого три часа!
Женщина все это время переживала, что пришло время принять дозу лекарств, жаловалась, что устала, делилась с очевидцами своими опасениями, что больше не попадет в больницу, поскольку время позднее, но все-таки продолжала ждать экипаж. А что оставалось делать? Ни денег, ни документов нет.
– Что было дальше?
– Представьте: наконец, в 21.50 подъезжает полиция, но не входит в магазин, а по телефону просит пострадавшую выйти из магазина. Выходим с пенсионеркой на улицу, видим, как инспектор не спеша выходит из машины и курит. При нашем приближении он быстро садится в машину и снова закрывает дверь. Ни один из четырех прибывших сотрудников полиции больше не вышел наружу, никто из них даже не представился. Одного инспектора – господина К. – я узнала сразу, так как в свое время он приезжал на другой наш вызов.
Женщина, у которой украли кошелек, была русскоязычная, по-латышски говорила, но в силу возраста и болезни ей было трудно четко сформулировать свою мысль. Поэтому мой супруг ей взялся помочь. Он рассказал стражам порядка о происшествии с ее слов: украден кошелек, в кошельке деньги, банковские карты, удостоверение инвалидности, ID-карта и множество других карт. Сказал, что потерпевшая хочет подать заявление по факту кражи денег, а также кражи документа, удостоверяющего личность.
Украли ID? Ничего страшного…
– И что было дальше? Заявление приняли?
– А тут как раз и началось самое интересное: открытым текстом должностное лицо полиции нам заявило, что мы зря ждали полицию, потому что утеря документов – это не проблема: с ID-картой этой женщины «никто другой ничего сделать не сможет». То есть пострадавшую на полном серьезе заверяли, что третьи лица с ее ID-картой не могут совершить никаких противоправных действий. И это говорил сотрудник полиции!
Серьезно? Почему тогда стражи порядка во всех интервью и на своем сайте всегда напоминают, что свои персональные данные ни в коем случае нельзя разглашать и передавать третьим лицам, а об утере документов нужно срочно сообщать? Наверное, господин К. и три его верных помощника об этом вообще не знают, потому что живут и работают в каком-то другом мире.
В итоге мы, очевидцы, услышали, как полицейские уговаривают женщину не писать заявление. Мол, об утерянном или похищенном документе она может и сама сообщить в УДГМ (Управление по делам гражданства и миграции), там же сразу на месте ей оформят новую ID-карту.
– Звучит абсурдно.
– Но мы смирились с тем, что заявление о факте кражи написать не получится, и решили, что женщина завтра вместе с дочерью отправится в участок и там напишет заявление.
«За человечность мне зарплату не платят»
– На этом конфликт был закончен?
– Отнюдь нет. Трехчасовое бессмысленное ожидание экипажа полиции даром не прошло: женщине становилось все хуже, ведь она вовремя не приняла лекарство. К тому же пенсионерка была не местная – и не знала, как добраться до приемного отделения своей больницы, чтобы хотя бы оттуда вернуться в свое отделение. Вышла-то она в магазин через другой больничный выход.
Мы попросили сотрудников полиции подвезти бабушку до больницы, которая находится примерно в полукилометре от магазина. К тому же диспетчер полиции об этой просьбе был проинформирован заранее и обещал передать экипажу. Но в ответ на свою просьбу мы услышали от сотрудников полиции категоричное «НЕТ!» – мол, закон на них такую обязанность не возлагает. Вот здесь мы испытали шок.
На вопрос моего супруга «А как же человечность?» последовал категоричный ответ инспектора К., мол, ему зарплату за человечность не платят и он даму никуда везти не собирается. Кроме того, полицейский привел аргумент, что у него в машине для бабушки нет места (хотя оно там было), да и отчитываться затем перед Бюро внутренней безопасности за извоз гражданских лиц он не собирается. Смешно...
Но мой супруг все же настаивал на оказании помощи пожилой пациентке, пока наконец полицейские не «сдались» и не предложили сопроводить женщину в больницу. Но оказалось, что это было просто издевательством и насмешкой со стороны полицейских над пожилым человеком: инспектор предложил женщине самой следовать в больницу, а уважаемые полицейские, пожертвовав своим временем, так уж и быть, сопроводят ее почетным эскортом на своем служебном авто.
Но пенсионерке, прождавшей экипаж три часа, было не до шуток – ей становилось все хуже, требовалось срочно принять лекарство. Тогда сотрудник полиции предложил вызвать «неотложку». Он поднял окно машины и стал кому-то звонить, причем не сообщил нам, вызвал ли он скорую и приедет ли она. Так и не поняв, ждать ли неотложку, мы решили доставить женщину в больницу своими силами. Ее в итоге отвезла моя коллега.
Разговор потерпевшей со стражами порядка начался у их машины, так там же и закончился – ничем... Женщина все это время стояла, а экипаж сидел внутри.
Здесь я хотела бы напомнить уважаемым стражам порядка о принципах работы полиции, о которых говорится в 5-й статье Закона о полиции: «Деятельность полиции организуется с соблюдением законности, гуманизма, прав человека, социальной справедливости, гласности, единоначалия и с опорой на помощь населения».
Хочу обратиться и к главе МВД. Уважаемый Янис Домбрава, министр внутренних дел! Таким сотрудникам не место в Государственной полиции! Разве стражи порядка не должны проявлять человечность и уважение к людям? Неужели деньги превыше эмпатии, понимания и уважения?
Стражи порядка нарушили закон!
Представитель Госполиции Элина Приедите – старший специалист отдела по связям с общественностью – так комментирует ситуацию:
– В Отделе дисциплинарного надзора Управления Рижского региона Госполиции по этому случаю была проведена служебная проверка. В результате были получены сведения, свидетельствующие о том, что действия должностных лиц не соответствовали требованиям нормативных актов. Принято решение о возбуждении дисциплинарного дела, но решения по нему еще нет.
– Какое наказание может грозить по внутренним инструкциям сотруднику полиции за такое поведение?
– За неисполнение обязанностей и оставление человека в беспомощном состоянии сотрудникам Государственной полиции Латвии грозит дисциплинарная ответственность: замечание, выговор, снижение месячного оклада, понижение в должности или специальном звании и увольнение со службы.
Замечание применяется за незначительные или первые формальные нарушения в работе, выговор – это уже более строгая мера за халатное исполнение служебных обязанностей, отказ принять заявление на месте или несоблюдение норм этики. Снижение месячного оклада часто применяется при грубом нарушении прав жителей или нанесении ущерба репутации полиции и означает удержание до 20% от зарплаты на срок от 1 до 12 месяцев. Понижение в должности или звании применяют, если у сотрудников уже ранее были нарушения.
Высшая мера наказания – увольнение со службы. Применяется она, если бездействие полицейских повлекло за собой тяжкие последствия для жизни или здоровья человека (например, если пожилая женщина, оставшись без помощи, пострадала или замерзла на улице). Даже при легком взыскании сотрудник автоматически лишается премиальных выплат, надбавок и теряет право на повышение минимум на год.
Служебная проверка оценивает действия экипажа по двум статьям: невнимательное или халатное исполнение обязанностей (непринятие заявления, трехчасовая задержка без уважительной причины) и нарушение Кодекса этики Госполиции (а именно – безразличие и неоказание помощи пожилому человеку в уязвимом положении).
Кстати: могут наказать и уголовно
В крайних случаях к сотруднику полиции может быть применена уголовная ответственность. Если в ходе проверки выяснится, что бездействие сотрудников привело к существенному вреду для здоровья или жизни пожилого человека, дело может быть переквалифицировано Бюро внутренней безопасности по статье 319 Уголовного закона Латвии («Халатность должностных лиц государства»), что влечет за собой уголовное преследование, штрафы или лишение свободы.
Разбор ситуации
– Но вернемся к нашему случаю, когда обворованной в магазине бабушке пришлось ждать экипажа три часа. По какому принципу определяется время ожидания – такие вызовы считаются неприоритетными?
– В деятельности Госполиции действует система приоритизации происшествий (разделение на категории срочности). Вызовы наивысшего приоритета (категория А) – это ситуации, где есть прямая угроза жизни, здоровью человека или когда преступление совершается прямо в данный момент. На такие вызовы экипаж обязан прибыть немедленно.
Если же преступление уже совершено (вор ушел, прямой угрозы жизни в эту секунду нет – например, кража кошелька в магазине час назад), вызов переводится в более низкую категорию срочности (B или C). Ожидание может затянуться, если в данный момент в районе фиксируется нехватка экипажей или происходит несколько тяжелых происшествий. Однако ожидание в течение трех часов для потерпевшего (тем более пожилого) на улице вызывает обоснованные вопросы.
– Могут ли полицейские на месте принимать заявление от потерпевшего и опрашивать очевидцев? Обязан ли потерпевший человек ехать в участок?
– Внутренние инструкции полиции и процессуальные нормы не запрещают сотрудникам полиции составить первичный протокол или зафиксировать заявление на месте происшествия, особенно если перед ними находится уязвимое лицо (пожилой человек без средств и документов). Иногда применяется практика «отложенного заявления»: патрульным поручено лишь первично осмотреть место и зафиксировать факт, а заявление предлагают подать в дежурной части или оформить электронно. Но при этом закон не обязывает жителя в обязательном порядке бежать в участок на следующий день – заявление можно подать и удаленно (через портал latvija.gov.lv).
– Корректно ли утверждение полицейского, что кража eID-карты «это не страшно»?
– Нет, абсолютно некорректно и является грубым преуменьшением рисков. Потерянная или украденная eID-карта влечет за собой риск мошенничества с личными данными: по чужому удостоверению личности мошенники могут попытаться оформить микрозаймы в небанковском секторе, заключить договоры на рассрочку или совершить иные противоправные действия.
Первое, что обязана сделать полиция или подсказать человеку – это экстренно заблокировать сертификаты eID-карты (позвонив в службы поддержки УДГМ), чтобы защитить человека от цифрового мошенничества. Успокаивать пострадавшую фразой «ничего страшного» – непрофессионально.
– Вправе ли и должна ли полиция помочь оставшейся без денег и документов пенсионерке, доставив ее в больницу?
– Согласно Закону о полиции, стражи порядка обязаны проявлять уважение и гуманизм и оказывать помощь лицам, пострадавшим от преступлений или находящимся в беспомощном состоянии.
В ситуации, когда пожилой человек дезориентирован, обворован и не может безопасно добраться до медучреждения, экипаж имел полное право и даже морально-этическую обязанность подвезти ее до пункта назначения или передать медикам, а не заставлять пешком идти в сопровождении патрульной машины.
Светлана ГИНТЕР
