Пару лет назад наша газета рассказывала о действовавших в Риге на тот момент банях. В эти холодные дни тоже захотелось вспомнить эти горячие заведения, но уже в историческом плане. К тому же, как выяснилось, некоторые рижские бани не меняли свой адрес с позапрошлого века.
Когда в Риге появилась баня, точно сказать невозможно. Латышские историки утверждают, что один из бастионов рижской фортификационной системы конца XVII века назывался Pirts, то есть «банный» и располагался примерно в районе нынешней Привокзальной площади.
Но если говорить о публичных, общественных банях, то они появились во второй половине XIX века, многие закрылись лет через сто, а некоторые работают и поныне.
Возможно, так долго они простояли, потому что в рижских строительных правилах было указано: «Общественные торговые бани могут помещаться только в каменных зданиях, с толщиною стен не менее двух кирпичей».
Впрочем, это относится к концу позапрошлого века.
«ЭТО ЧТО-ТО ВРОДЕ ЧЕГО-ТО»
Бани открывали с разрешения губернатора. Например, газета «Ведомости Рижской городской полиции» 21 августа 1896 года объявляла: «Г. Лифляндским Губернатором разрешено Рижскому 2 гильдии купцу Георгию Иосифову Барковскому устройство бани, с паровым двигателем, в гор. Риге, по Александровской улице под № 48». Это нынешняя Бривибас.
Это, конечно, не первая баня в городе. Вот объявление из Rigasche Zeitung в декабре 1866 года, на двух языках: «Высокопочтеннейшую публику прошу удостоить благосклонным вниманием вновь устроенный мною по ту сторону Двины, на Кливерсгольме близ Троицкой церкви Александровские народные бани, по усовершенствованному способу и со всевозможными удобствами». Сообщал купец Иона Тузов. Сейчас это улица Триядибас в Агенскалнсе.
Братья Тузовы, Пименов, Березов, Анисимов – известные рижские купцы, владельцы бань. Однако бани принадлежали и немцам, и латышам.
Летом 1895 года сообщалось об открытие бани на Антонинской улице (Антонияс). «С глубоким артезианским колодцем. Ванны белые кафельные. Для удобства публики имеются холодные и теплые души с 6–11 час. утра. Общие бани отопляются по вторникам, средам и субботам. Бассейн для плавания и номерные бани отопляются ежедневно». Здание этой бани стоит до сих пор.
В августе 1890-го было проведено богослужение при закладке новой бани«по Ревельской улице близ большой пумпы». Эта баня, по улице Таллинас, 37, существовала до начала 1980-х годов.
4 января 1884 года на улице Церковной открылась знаменитая баня доктора Крегера, на следующий день в газете появилось ее описание: «На дворе везде чисто, вход очень удобный, внутри также везде электрический свет. В двух этажах расположены комнаты с разными ваннами. Мы пожелали быть в так называемой паровой русской бане, которая устроена на четырех человек с платою по 40 коп. за каждого… В бане можно паром поднять тепло, но полка нет, а также нет горячей воды, а приведена только одна холодная вода. Это что-то вроде чего-то, но только не русская баня. Прочие ванны устроены хорошо». Кроме того, в бане был небольшой бассейн. Эта баня работала долго, потом долго ремонтировалась в начале 1970-х, потом там открыли водолечебницу. Стоит до сих пор.
Можно сказать, что в то время был бум открытия бань, почти все известные бани в это время и начали свою историю. Но слово «баня» в названии употреблялось только во множественном числе.
В Московском форштадте появилась Банная улица, которая теперь Пиртс иела, но ни одной таблички с названием улицы нет, только на номерах домов. На этой улице, конечно, тоже была баня.
ГНЕВ ПОЛИЦМЕЙСТЕРА
Бани постоянно попадали в криминальные хроники. Вот, например, известная в свое время баня на Витебской улице, ныне Ерсикас. Существовала до середины прошлого века, когда-то называлась баня Балдау.
В марте 1898 года «Ведомости Рижской городской полиции» сообщали, что в этой бане кассир Казимир Михайловский разменивал 100-рублевый кредитный билет неизвестному человеку, обратившемуся к нему с просьбой о размене, по неимении в кассе нужного количества бумажек, для каковой цели вынул из кармана 160 рублей…» В общем, какая-то женщина эти деньги украла и исчезла.
Или вот, март 1899 года: «Четыре злоумышленника пытались, взломав окно, проникнуть в баню Клейберга, находящуюся по Банной улице. Замеченные ночным сторожем злоумышленники скрылись, не успев ничего похитить. На днях агенты сыскного отделения задержали двух из них, известных воров, отбывавших несколько раз тюремное заключение…»
Ноябрь 1903-го: «Владелец бани по Гертрудинской ул. 126 Карл Беге заявил, что в субботу, 1 ноября, некто Петр Л., проживающий по Столбовой улице № 14, намеревался посредством фальшивого номера похитить чужое платье и белье. Дознание производится».
Помимо многочисленных краж, в банях случались и травмы.
Например, 2 ноября 1903 года, «утром в городскую больницу был доставлен девятнадцатилетний юноша Карл Ф., сын Рижского второй гильдии купца. Карл Ф., моясь в бане по Александровской ул. № 145, нечаянно упал в котел с горячей водой и получил ожоги всего тела…» Сейчас это улица Бривибас.
Но рижские бани попадали в поле зрения полиции и по другим причинам. В июне 1897 года рижский полицмейстер лично осмотрел некоторые заведения, о чем и уведомил: «По моему распоряжению произведен был осмотр в санитарном отношении всех торговых бань в г. Риге, причем мною лично, в присутствии помощника пристава Сондоевского, осмотрены бани, содержимые Иваном Стучкою, на Суворовской ул. под № 54 (ныне – Кр. Барона), где найдены такого рода беспорядки, что явилась необходимость закрыть эти бани для посетителей... Объявляя по полиции о вышеизложенном, я не могу не поставить на вид господам приставам равнодушное отношение их к своим обязанностям, выразившиеся в допущении такого безобразного содержания публичных бань г. Риги».
Тем не менее жалобы на антисанитарию продолжались. В феврале 1900 года газета писала: «Своеобразное устройство для стока грязной воды существует при бане на углу Гертрудинской и Мариинской улиц.
Там грязная вода из бани стекает прямо на улицу, потом протекает довольно далекое расстояние по водосточной канавке около тротуара, заворачивает за угол тротуара на другую улицу и затем только стекает чрез отверстие в подземный канал.
Вода эта, грязная, мыльная, издает не совсем благовонный запах…» Эта баня просуществовала долго, до конца прошлого века.
НЕПОТРЕБСТВА И БЕЗОБРАЗИЯ
Полиция стояла на страже нравственности. В мае 1891 года в одном из рижских судов рассматривалось дело по обвинению Шарлоты Сальминг и Александра Артемьева по статье 44 Устава о наказаниях. «За неисполнение распоряжений правительства, относящихся к предупреждению непотребства и пресечению вредных от оного последствий…»
Артемьев был арендатором бани на Суворовской (Кр. Барона) улице. В этой бане «в качестве присматривающей за чистотой банных номеров и за продажей мыла, мочалки и чистого белья» служила Шарлота Сальминг. Скорее всего, Салминя.
И эта Шарлота, как выяснилось, «приглашала девиц в качестве банщиц для разных господ, и брала с них половину заработанной платы».
«Полиция привлекла к ответственности Шарлоту Сальминг за совершение, а Александра Артемьева за допущение в его банях этого бесчинства». Шарлота все отрицала, а Артемьев вообще на суд не пришел. Обвинитель просил наказать обвиняемых построже, «так как подобные безобразия в банях производятся ежедневно». Суд постановил: «подвергнуть Шарлоту Сальминг аресту на тридцать дней и взыскать с Александра Артемьева штраф в размере ста руб., а при несостоятельности заменить штраф арестом Артемьева на тридцать дней».
В 1897 году рижский полицмейстер издал целых три предписания, о необходимости приставам «иметь неослабный надзор за исправным содержанием общественных бань и, буде где-либо в мужских отделениях прислуживают женщины, распорядиться заменою их мужскою прислугою».
ЧТО ПОЧЕМ
Еще один «банный процесс» прошел в мае 1891 года. Арендатор бань Рейнгольд Лаппинг (очевидно, Лапиньш) обвинялся в том, что он нелегально подключил свою баню к водопроводу и за несколько лет похитил воды на 1025 рублей.
Свинцовая труба, при помощи которой совершалось хищение, была откопана во дворе бани. Это был очень обстоятельный процесс, с привлечением экспертов-инженеров.
Сам Лаппинг все отрицал и заявил, что «18 лет держал бани и никогда при нем ничего такого не случалось». Суд постановил: «лишить крестьянина Рейнгольда Лаппинга, 60 лет, всех лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ и заключить в тюрьму на десять месяцев, взыскать с него 1025 рублей и судебные издержки».
Дороговато будет!
Сколько же стоили услуги бани? В 1897 году газета «Рижский вестник» писала: «Не всем известно, как дорого в нашем городе обходится баня: даже у одинокого рабочего при еженедельном посещении ее расход достигает 3% скудного поденного заработка, у семейных же он переходит 5% годового бюджета. Поневоле приходится быть экономным на мыле, обходиться иной раз без бани и чистого белья».
К тому же бани работали в определенные дни недели, нельзя было сходить помыться в любой день.
Та же газета через год сообщала: «На предместьях города бани имеют обыкновенно только четыре отделения, два для мужчин с платою по 6 и 10 копеек и два для женщин с таковою же платою. Хотя в последнее время, по требованию полиции, бани отремонтированы, и отделения с платою по 10 коп. довольно сносны, но, к сожалению, некоторые посетители при мытье употребляют разного рода мази, вследствие чего сильно портится воздух и вообще разводится грязь в банях. Следовало бы обратить серьезное внимание на этот беспорядок».
Цены на бани зависели от цен на дрова. «По причине дороговизны дров, цена общих бань с 8 коп. возвышена до 10 коп. с лица. Доводим это до сведения публики, посещающей наше заведение», – объявляли хозяева бани Ф. Березов и А. Мурашев в августе 1872 года.
И в 1917-м рижские бани дважды повышали цены – в марте с 5 копеек до 10, а в июле – до 15 копеек с каждого посетителя. Как объяснялось, «вследствие резкого повышения цен на дрова, воду, электричество и другие предметы».
В справочнике «Вся Рига» за 1914 год, вышедшем накануне Первой мировой войны, указаны адреса 27 рижских бань.
НОВОЕ ВРЕМЯ, НОВЫЕ БАНИ
После ужасов войны и революции, в столице независимой Латвии бани начали открываться вновь.
В 1920 году заработала баня на улице Базницас, она называлась «бывшая доктора Крегера». «Русские и римско-ирландские бани, ванны, паровые ящики, бассейны для купанья и пр. Парикмахер (дамский и мужеской), маникюр, педикюр, массаж, мозольный оператор. Буфет» – зазывала реклама.
Рижская газета «Сегодня» в 1924 году писала: «Попробуйте заставить купчину с Московского форштадта прийти в свою баню в 6 часов вечера, если он «привык» приходить в 11 часов утра. Уверяю, что это ни за что не удастся вам.
Такой любитель бани приходит к 11 часам утра, разоблачается, будит парщика (последнего всегда найдете спящим) и отдает себя в распоряжение последнего.
Время от времени он отдыхает, закусывает яблочком, выпивает кваску, а затем снова велит себя мылить и парить. Уходит он обыкновенно часа в 4 пополудни, щедро наградив чаевыми парщика и ключника. Последний тоже обыкновенно всегда спить, но обладает изумительной способностью моментально просыпаться, лишь только какой-нибудь посетитель собирается уходить».
Банщики не бастуют
Новые городские бани, то есть не частные, а принадлежащие городу, все равно строились на окраинах. В статистическом справочнике 1938 года указаны бани в Ильгюциемсе, Вецмилгрависе, Чиекуркалнсе, Болдерае и на улице Красотаю, и данные об их работе за 10 лет. Почти все они действовали и в советское время. Кроме того, тут выдавались скидочные талоны для малоимущих и устраивались бесплатные помывки для безработных.
В апреле 1921 года законом об отдыхе служащих и рабочих было установлено: «Лечебные и другие бани могут быть открыты не раньше 7 часов утра и должны закрываться не позже 11 часов вечера, причем должна быть соблюдена 8-часовая работа служащих».
Когда в октябре 1929 года социал-демократы попытались устроить массовые забастовки в Риге, банщики не бастовали.
ВАМПИР В РИЖСКОЙ БАНЕ
Адреса и фамилии владельцев рижских бань можно узнать из криминальной хроники.
И тут не только кражи, но и смертельные случаи. В банях угорали до смерти, дрались шайками, кончали жизнь самоубийством. Заголовок «Умер в бане» встречался довольно часто.
В мае 1929-го сообщалось о самоубийстве Алины Гобинь. Она «зашла въ баню по Лабораторной ул. 11, взяла номер с ванной и там покончила с собою. Раскрылось это самоубийство благодаря тому, что кто-то из находившихся въ коридоре бани заметил вытекающую из-под двери кровь».
Май 1934-го: «Вчера около 9 час. вечера въ отдельном номере Центральной бани на Мариинской ул. 78 пыталась покончить с собой 28-летняя Леония Розовская, проживающая на ул. Блаумана, 26. Служащие бани обратили внимание, что Розовская долго не выходит из своего номера и начали стучать в двери. Из номера никто не отозвался и служащие бани решили вызвать полицию. Когда полицейский 8-го участка подошел к дверям номера, то заметил, что из-под дверей течет струя крови…»
Подобных случаев было много, не всех спасали, особенно тех, кто не резал вены, а выпивал раствор мыльного камня.
В газете «Слово» в апреле 1924 года описан случай, когда безжизненное тело мужчины нашли в бане на улице Даугавпилс. В поисках его документов обнаружили в его сумке три бутылки водки и одну пустую.
«Принесли со двора снегу и начали тереть ему уши. Вдруг «покойник» как закричит на государственном языке: «Проям!»
Жуткий случай описан той же газетой в 1925 году под заголовком «Вампир в рижской бане». Дело было в бане Лапиня. Скорее всего, это на Таллинас, 37. Некий Янис Карпис, выпив, пришел туда и в бане у него проснулись вампирские инстинкты: «Хвать ни с того, ни с сего бедного человека за горло и щеку зубами, разгрыз и стал пить горячую кровь... Подняли тревогу, вызвали наряд полиции в количестве двух картибнеков.
Начали ловить вампира, да не тут-то было. Тело у таких оборотней скользкое. Его схватят за руку, а он ею шевельнет и опять на свободе.
Бегает, как черт, по всей бане. А два дюжих картибнека за ним». Но поймали, конечно.
О нравственности тоже заботились. В 1923 году газета «Сегодня» писала: «В некоторых банях наблюдается совместное купанье мужчин и женщин». Предписано полиции чаще контролировать бани, а владельцев, допускающих совместное купанье мужчин и женщин, привлекать к ответственности.
И через год: «Ввиду поступивших в префектуру жалоб, что в женские бани некоторыми матерями приводятся также 6–7-летние мальчики, префект распорядился, чтобы строго исполнялись обязательные постановления о недопущении лиц мужского пола в женские бани».
Много чего еще интересного происходило в рижских банях, но на газетных страницах обо всем не расскажешь. Тут нужен талант писателя. Единственный русский литератор, про которого точно известно, что он в описываемый период был в рижской бане – это писатель-эмигрант Иван Шмелев. В сентябре 1936 года он приехал в Ригу и сходил в баню в Московском форштадте, в какую точно – неизвестно. И что самое удивительное – в бане писателя узнали. Этот случай описан в газете «Сегодня», а писал ли что сам Шмелев о рижской бане – нам неизвестно.
Как уже говорилось, почти все рижские бани, действовавшие до 1940 года, работали практически до конца XX века, а некоторые и дальше. Но это уже совсем другая история.
Михаил ГУБИН
